• Главная
• Новости
• Павел Грудинин назвал скрытые причины роста цен на продукты

Нынешний скачок цен удивляет даже бывалых и привычных ко всему россиян. Что год грядущий нам готовит? Той ли дорогой мы идем к сияющим вершинам продовольственного изобилия?

Об этом мы беседуем с экс-кандидатом в Президенты России на выборах-2018, директором совхоза им. Ленина Павлом Грудининым.

— Павел Николаевич, ценники в магазинах не успевают менять еще с конца минувшего года. Подорожание продуктов на 10, 20, а то и 30%… Есть ли свет в конце тоннеля?

— Между ценами от сельхозпроизводителя и ценами в магазинах — дистанция огромного размера. Если вы имеете в виду розничную стоимость на прилавках, то это не ко мне.

Что касается общей тенденции роста цен, то продукты не могут не дорожать. С нынешнего года мы — в новой экономической реальности. Что я имею в виду? Повышение налогов, рост тарифов на электричество и «коммуналку», акцизов на топливо… Конечно, цены поползут вверх, когда из каждого утюга только и прогнозов про подорожание.

— Но продукты первой необходимости имеют льготные 10% НДС, вся продовольственная корзина защищена государством. С чего цены полезли вверх еще с конца 2018 года, а далее — уже без остановок?

— Льготы, которыми якобы осыпаны сельхозпроизводители, ни о чем не говорят. Есть много других вещей: деньги у нас могут забирать — и забирают — через цены на солярку, электричество, газ, налоги и так далее.

Например, с нынешнего года госдотации на сельское хозяйство облагаются НДС. То есть государство животноводам выделяет деньги на развитие — и тут же забирает 20%. Выделили на страну 6 млрд рублей — и один миллиард вернули в казну. Дали бы не 6, а 5 миллиардов — зачем эту бухгалтерию разводить?

В цену на солярку, а она в минувшем году подорожала на 29%, по каким-то причинам закладывается дорожный налог. Но трактора и комбайны не ездят по дорогам! Сделайте солярку нам дешевле, как, кстати, во всем мире делается!

В 2019 году чиновники пошли дальше: оптовые цены на горючее для сельхозпроизводителя стали выше… розничных! Комбайн на заправку «ЛУКОЙЛа» не заедет: он там просто не развернется. Запасы мы формируем заранее в свои емкости. Как запасаться к посевной?..

Специально посмотрел рост тарифов за 10 лет. На электричество они выросли на 300–400%, на овощи и картофель в оптовом звене — процентов на 40 или остались на прежнем уровне. Четкого понимания у государства по части поддержки крестьян нет.

Сейчас говорят про банкротство «Евродона» — компании по производству мяса индейки. Это уже привело к подорожанию курятины с конца прошлого года на 22%. Если цены растут на птицу — нужно ждать их повышения и на свинину. Это все-таки совсем другое мясо и другие трудозатраты. Весь мясной рынок, как и все в нашем мире, взаимосвязан. Если сегодня отечественные «Жигули» подорожают до уровня «Тойоты», то понятно, что завтра подорожает и «Тойота». Это логично.

Выбор между ЖКХ и едой

— О хлебе насущном. Высказываются прогнозы, что скоро на 7% подорожает и этот продукт. Еще говорят, что хлеб, дескать, перестал быть основным продуктом питания для россиян, с ним не обязательно «носиться»… Как вы считаете?

— Хлеб — самый дешевый продукт питания. Значит, он основной. Когда нет средств на мясо или рыбу, человеку нужно чем-то наедаться. Чем? Хлебом. Даже по статистике 50% наших сограждан выбирают между оплатой ЖКХ и едой. Если у человека доход 11 тысяч рублей в месяц, то какую еду он может себе позволить? Выбор небольшой. Хлеб — социальный продукт, его ценообразование постоянно контролируют.

— Наверное, от этого и качество падает? Производители любыми путями желают сделать хлеб доступным…

— Это так. Что такое хлеб? В нашем понимании — это мука, вода, дрожжи. А дальше в ход идут разрыхлители, увкуснители, наполнители…

— В СССР, наверное, тоже применяли добавки?

— Качество было разным. Но действовали строгие нормы ГОСТа, ниже которых опускаться нельзя. Сейчас раздаются предложения: печь хлеб из муки 5-го класса. В советское время это было категорически запрещено: только 3-й и 4-й класс! А сегодня с помощью «новейших технологий» можно пускать и 5-й. Покупатели, дескать, не заметят подмены.

— Но что это за пшеница такая — 5-го класса?

— Даже говорить не хочется. Если по-простому, то разница между 3-м и 5-м классом — как между натуральным сливочным маслом и пальмовым.

Вскрылись приписки

— Есть незыблемый закон экономики: когда товара много, цены на него не растут. У нас предложение становится меньше, сельхозпроизводители разоряются…

— По статотчетности отечественное село — настоящий локомотив экономики: от его экспорта мы имеем дохода даже больше, чем от продажи вооружений!

— Недавно из отчета Росстата мы узнали, что никакого особого всплеска производства в сельском хозяйстве нет. Вскрылись приписки — в частности, по картофелю на 39%, по некоторым другим позициям чиновники выдавали желаемое за действительное. Как иначе объяснить, что наряду с «прорывом в производстве молока» у нас, по данным того же Росстата, увеличились закупки пальмового масла? Зачем оно, если в достатке натуральное?.. Так что слухи о том, что мы много производим, сильно преувеличены. Послушайте, что говорят люди: «Если у нас на селе все так хорошо, то почему живем все хуже и хуже?» Поголовье коров в стране сокращается, а молока мы якобы производим все больше. Как так? Парадокс!

Если мы стали выращивать значительно больше зерна, то под уборочную кампанию необходимо много дополнительных комбайнов: они рассчитаны на определенную нагрузку. По статистике не видно, что крестьяне активно «перевооружаются». Тоже вопрос: каким образом мы производим больше продукции без технического переоснащения?

Да, надои можно увеличить, применяя новые технологии в кормлении, доении. Но где программа технического перевооружения, модернизации машинно-тракторного парка?..

Помидор под лампочкой

— Новые технологии производства построены на том, чтобы получить высокий гарантированный урожай. Каково качество продуктов? Сегодня с 1 квадратного метра в теплице можно снять до 100 кг помидоров. Хотя если не пользоваться «передовыми» технологиями — больше 35 кг вряд ли получится.

— И яиц в упаковке раньше было 10 штук — сейчас 9!

— Это вопрос маркетинга. Я о другом. Природу не обманешь!

— У меня знакомый любит пить сырые яйца. Жалуется: раньше по вкусу чувствовался белок и желток. А сейчас — никакой разницы. Это все из этой же оперы?

— Из этой. Раньше ты ел помидор — наслаждался его вкусовыми качествами. А теперь от него отдает пластиком. Насыпал в мешок гранул, сунул в него рассаду, капаешь туда разные химические растворы — и пожинай где-нибудь в подвале свои 100 кг помидоров. Выросли и налились они не под солнцем, а под круглосуточно горящей электрической лампой. Он же не живой! Даже термин такой уже есть: светокультура называется.

Что угодно можно придумать: из сои — мясо, из пальмового масла — молоко и молочные продукты… На самом деле мы производим много продуктов из суррогатов, которые завозятся из-за рубежа. А натурального становится все меньше и меньше. Мы перестали нормально питаться.

Зашел как-то в дорогой магазин. Колбасы, колбасы… Целые ряды! Вижу: «Колбаса из говядины» — так и написано — гораздо дороже остальных, хотя и те не дешевые. «Ну, это же из говядины!» — пояснила мне продавщица. Купил на дегустацию, дома читаю этикетку: говядина, филе индейки, краситель (какой-то натрий), еще что-то… Сколько в процентном отношении того, другого и третьего — не сообщается.

Белорусские креветки

— Есть ли в природе формула торможения роста цен на продукты? Что скажете?

— Этих формул — огромное количество. За производство продуктов питания обязательно кто-то платит. Либо население, либо государство.

В странах Европы в один евро произведенной сельхозпродукции 52 цента разными способами вкладывает государство — через льготную систему налогов, дешевые кредиты под 1% годовых на 30 лет, другие формы поддержки. В США правительство выделяет малоимущим более 70 млрд долларов на продовольственные карты. По ним можно купить только продукты американского происхождения. Тем самым обеспечивается покупательная способность населения, подстегивается потребление. Придумывать велосипед не нужно: все уже есть в мировом опыте.

— Наверное, такие меры поддержки в нашу страну придут не скоро, не в этой жизни. Есть что-нибудь попроще, реалистичнее?

— Опыт Белоруссии о чем-то говорит? Там высокая система господдержки сельского хозяйства.

— Но у нас тоже есть «защищенные» от произвола продукты — потребительская корзина. Но на них-то и растут цены!

— В сегодняшних льготах по большому счету нет смысла. Что такое льготная кредитная ставка 8–10% годовых на 8 лет для фермера, когда конкурент на Западе получает под 1% на 30 лет? Продовольствие оттуда течет молочными реками с кисельными берегами — тягаться с западными фермерами невозможно.

Выделили, к примеру, животноводам 20 миллиардов рублей субсидий на производство молока. Но ввели систему «Платон» — в итоге 20 миллиардов уйдут на уплату этого сбора. За то, что наши 12-тонные молоковозы ездят по дорогам… Вот смотри: нагрузка на ось — в норме, не придерешься. Но при торможении на пункте весового контроля молоко волной перетекает на переднюю ось — и уже фиксируется перегруз, никому ничего не докажешь. Штраф — 500 тысяч рублей.

— А маленько недоливать не пробовали?

— Машину при движении начнет болтать, и она перевернется… Все построено на том, что обязательно будут нарушения, которые облагаются штрафами. Тогда зачем министерство разрешает промышленности выпускать такие грузовики? Перегруз зерна — снова плати. В сетях полно видео, как водители на весовом контроле сбрасывают «лишнее» зерно: штрафы неподъемные…

— По вашему мнению, есть сегодня продукты из «группы риска», которыми неплохо было бы обзавестись впрок, пока они не подорожали? Помните, лет 5 назад все кинулись скупать гречку?..

— Нет никакой «группы риска»! Гречка — индивидуальный российский продукт, больше нигде в мире не выращивается. Был неурожай, цены поползли вверх, их подстегивал ажиотаж. Потом выяснилось, что дома гречки завались — и зачем ее столько? Кстати, гречка в этом году подешевела на 29%. В 2014 году тоже покупали по два холодильника и по три телевизора, чтобы «спасти» деньги. До сих пор не знают, куда девать те товары…

Высокий спрос, отсутствие импорта и неурожай — вот причины роста цен. Государство должно делать стратегические запасы, просчитывать разные модели, в нужный момент открывать или закрывать границы. Пока у нашего правительства это не очень хорошо получается.

— Почему «не очень»? А импортозамещение?

— Вступив в ВТО, Россия снизила ввозные пошлины на продукты, тем самым открыв свои рынки. В 2014 году в ответ на западные санкции мы ввели эмбарго. Тогда казалось, что закрыли границы на замок — и «зеленую улицу» получит отечественный производитель. Но вводить такие эмбарго нужно было вместе с Белоруссией и Казахстаном, с которыми у нас единое экономическое пространство. А Минск и Астана границы не закрыли…

Получается интересная картина. Единое экономическое пространство не отменено. Фура, допустим, из Прибалтики с молокопродуктами (по документам — из Белоруссии) через Россию едет в Казахстан, но разгружается где-нибудь в Смоленске. В российских магазинах — их йогурты, сметана, кефир…

Даже президент удивился, как много нам яблок поставляет Белоруссия — в 5 раз больше, чем может их вырастить. Понятно, что они — из Польши и других стран. Так у нас и «белорусские» креветки, и «белорусский» лосось, и «белорусские» бананы… На самом деле по-прежнему «все флаги в гости к нам».

Можем ли мы бороться с фальсификатом и «серыми» поставками? Конечно, можем. Вопрос — в другом: хотим ли?